О частной космонавтике, «запуске спутника на энтузиазме» и выгоде от этого, а также о сборке яркого небесного «Маяка» VL.ru рассказал космический инженер Александр Шаенко. Преподаватель Московского государственного университета машиностроения во Владивостоке провел лекции для широкой общественности в «Музее города» и для одаренных детей во Всероссийском детском центре «Океан».

Кандидат технических наук Александр Шаенко более десяти лет работает в космонавтике. Участвовал в разработке ракет-носителей «Ангара-А5» и KSLV, отечественной космической обсерватории «Миллиметрон», частного российского спутника DX1. Преподавал в МГТУ имени Баумана, а сейчас руководит образовательной программой «Современная космонавтика» в Университете машиностроения. Руководит проектом «Маяк», в рамках которого вместе с еще девятью энтузиастами собирает спутник. Уже в следующем году команда планирует вывести объект на орбиту около 550 километров. По задумке инженеров в космосе объект раскроет свои зеркальные грани — и люди 25 дней подряд будут видеть ночью самую яркую звезду, сделанную руками землян. Кстати, и деньги на нее собирают всем миром.

— Владивосток для меня — родное место, люблю сюда приезжать. Я ведь вырос в Октябрьском районе, в селе Галенки, — начинает разговор Александр. — Там находится отдельный командно-измерительный комплекс войск воздушно-космической обороны. Отец у меня военный, мы всей семьей переехали в Галенки из Харькова. После этого — на Камчатку. Папа все показывал, рассказывал. Космос был мне интересен абсолютно всегда.

— Вы принимали участие в разработке ракеты-носителя…

— «Ангарой» занимался сразу после института. В частности, я работал над безударностью ее старта. Когда ракета поднимается, она может поменять направление из-за ветра и столкнуться с чем-нибудь, удариться. Опять же — когда ракета начинает разделяться, часть ее падает на землю, вторая часть летит дальше. Мы работали над тем, чтобы падающая часть не «догнала» летящую — были такие аварии.

Интересным проектом был Boeing 777, самый современный американский пассажирский самолет. Мы с коллегами делали интерцепторы крыла Dreamliner — это части, которые помогают самолету тормозить. В аспирантуре работали над «Миллиметроном» — космической обсерваторией с криогенным телескопом. Есть самый «зоркий» телескоп «Радиоастрон», который летает по орбите вокруг Земли. Его делают товарищи из компании «Спектр-М», и проект «Миллиметрон» тоже принадлежит им. Я трудился над тем, чтобы он был очень холодным — это необходимо для бесперебойной работы конструкции. На этом и защитил диссертацию.

Последнее, что я делал, был спутник DX1 в российской частной космической компании Dauria Aerospace. Запустили его в прошлом году. Мы собрали его за полтора года и всего лишь за 60 миллионов рублей. Собственно, такая цель и была: показать, что спутники можно делать сравнительно быстро и за небольшие деньги. Крупные отечественные компании работают над спутниками лет по десять, и стоят они миллиарды.

— Зачем и кому нужна «частная космическая компания»?

— Есть область космонавтики, которая, как ни странно звучит, приносит деньги. Самые простые примеры есть даже в вашем телефоне: ГЛОНАСС, GPS и карты местности. И спутниковая связь — антенны-тарелки, которые стоят на домах. Эти вещи уже лет 50 приносят прибыль. И в этой области можно организовывать коммерческие компании.

— От первого частного российского космического аппарата DX1, кроме как «показать, что это можно», был какой-нибудь толк?

— Конечно, была и коммерческая цель. На судах, которые ходят в Мировом океане, установлена автоматическая идентификационная система, которая передает сигналы на DX1 (это единственный в России космический аппарат, оборудованный АИС-приемником — прим. VL.ru). Она позволяет в условиях ограниченной видимости — в тумане или ночью — узнавать, какое судно идет, есть ли отклонения от курса… Спутники летают над планетой и собирают базу данных в мировом масштабе. Эта информация полезна судовладельцам, грузоотправителям, силовым службам, которые отслеживают пересечения границ государства.

В России около ста тысяч человек разрабатывают такое оборудование. Все они занимаются разными вещами, но обычно труд инженеров в больших компаниях специализирован. Уникальность фирм, в которых я работал, как раз и состоит в том, что там маленькие коллективы — в Dauria Aerospace было 20 человек. И понятно, что в таком небольшом коллективе нужно разбираться в разных отраслях.

— Что должен знать и уметь человек, чтобы собирать спутник? Например, кто участвует в команде проекта «Маяк»?

— Абсолютно разные вещи могут пригодиться. У нас в команде есть экономист, например. Он никакого технического образования не имеет, а зарабатывает деньги тем, что запускает в атмосферу гелиевые шары-зонды для науки, для детей — много для чего. Он говорит, что главное — желание. Как раз цель нашего проекта — мотивация. В команде трое студентов, которые у меня учились, аспирант, который занимается баллистикой. Есть выпускник «Бауманки», который работает проект-менеджером в компании по производству бытовой техники. Парень, который занимается радиолокаторами наземного базирования. Еще один товарищ — владелец фирмы, производящей фонарики. Еще один участник команды делает нам чертежи — и тем же самым занимается на основной работе.

— Спутник «Маяк», который вы сейчас собираете своими руками, — на каком он этапе?

— Мы в прошлом сентябре собрали деньги, чтобы начать собирать спутник, — смеется Александр Шаенко. — Получилось около 400 тысяч рублей. В июне в Москве на «Красном Октябре» была открытая защита схемы проекта, мы представили макет. Пришли люди, задавали вопросы. Сейчас у нас осталось немного денег на запуск макета, чтобы поднять его на гелиевом шарике на 35 километров. И там проверить его в условиях, максимально приближенных к космическим. Правда, по нашим расчетам вокруг спутника должна надуваться газом трехметровая пирамида. А неожиданно выяснилось, что мы карбонат аммония нагреваем до газообразного состояния, а он, попадая в тетраэдр, снова превращается в порошок. И давления никакого не создает. Сейчас пытаемся эту систему модернизировать или переделать. Прорабатываем второй вариант: вместо надуваемых газом ребер пирамиды использовать такие рулетки, которые связывают в бобины. При развертывании получатся стержни, на которые натягивается оптоволокно.

После всех наземных испытаний будем делать металлический образец, который полетит в космос. Его тоже надо будет испытывать, чтобы подтвердить, что наш спутник при полете на орбиту не развалится. Сейчас активно ведем переговоры с компаниями, которые запускают объекты в космос. К концу следующего года планируется выпустить «Маяк» на орбиту.

— Пройти проверки и запустить спутник в космос — дороже, чем собрать?

— Именно. В том и идея нашего спутника — его по силам изготовить группе энтузиастов. Но запуск его на орбиту стоит около 7,5 миллионов рублей. Испытания — около 5 миллионов, а 1,5 миллиона — на сборку двух спутников.

— «Маяк», который вы хотите запустить, станет ярко светиться. А какая-нибудь польза от него будет?

— Наша основная идея — как раз показать, что группе энтузиастов по силам сделать объект, который можно отправить в космос и увидеть с Земли. Вполне настоящий. Доказать, что космонавтика — это не что-то далекое и недоступное, а то, что понятно и просто.

Плюс ко всему мы можем на этом спутнике испытывать аэротормозное устройство. Ведь пирамида вокруг спутника очень легкая. Получается, что объект похож на волан. В космосе, на большой высоте есть атмосфера, хоть и очень разряженная. Об эту атмосферу он и тормозится, потихоньку опускается вниз и сгорает. Такие штуки полезны для решения проблемы космического мусора. Если понятно, что спутник скоро умрет, он надувает «воланчик» и спускается. Очень полезная вещь.

Еще по мере снижения спутника можно исследовать верхнюю атмосферу земли. Те самые плотные слои. И, наконец, мы можем проводить расчеты видимости объекта.

— И какую продолжительность жизни вы отмеряете своему спутнику?

— 25 суток.

— То есть потратить несколько миллионов рублей, чтобы каких-то 25 суток?..

— …Тут понимаете, какая штука. Мы пытаемся сделать проект всеобщим, изменить отношение людей к космонавтике.

— А почему именно через краудфандинг? Ведь есть гранты, программы поддержки ученых…

— Получить деньги таким способом куда проще, чем заработать грант. У нас был опыт. Мы участвовали в конкурсе Google Lunar X-PRIZE — компании Google и фонда X-prize, строили «Селеноход» — умного робота, который бы смог пройти по Луне полкилометра. Построили макет, он двигался, но поняли, что поставить-то его на космическое тело не можем. А куда деть готового робота, если продолжим работу, непонятно. Так и не стали доделывать луноход.

К тому же именно через краудфандинг можно привлечь интерес к проекту. Чтобы каждый мог вложить свои 100 рублей в спутник.